Лицо бритое, лысый, в парике - женихи Лизы Иеронимус-Амалия фон Курцгалоп, гидропат. Лет 48-ти; худой, длинный; лицо морщинистое; волосы жидкие, вылезшие: оттого лоб его высокий...
Веселость возвратилась к усталым пловцам, лишняя чарка водки - и все забыто. В четыре часа, то есть в восемь склянок, при смене вахт, вступающий в..
жего цвета с бледно-голубыми полосками,красная подушка, голубая подушка, соломенная корзина для мусора, двестеклянные вазы под цветы, штопоры, открывалки, две тарелки, десять ча..
Вы читаете «Взгляд на русскую литературу со смерти Пушкина», страница 1 (прочитано 0%)
Григорьев Аполлон Александрович
Русская критика эпохи Чернышевского и Добролюбова
М., "Детская литература", 1989
Аполлон Александрович Григорьев (1822—1864) родился в Москве, в семье мелкого чиновника. В 1842 году окончил юридический факультет Московского университета. Литературную деятельность начал в 1843 году, выступал как поэт и как литературный и театральный критик. Ап. Григорьев не был прочно связан в течение длительного времени с каким-нибудь одним изданием, печатался во многих, различных по направлению. В начале 1860-х годов после сближения с Ф. М. Достоевским активно выступал в его журналах "Время" и "Эпоха", в 1863—1864 годах редактировал журнал "Якорь".
В многочисленных статьях и рецензиях Ап. Григорьев обосновывал свою теорию искусства, названную им теорией "органической критики". В ее основе лежала мысль, что внутренние закономерности искусства познаются интуитивно, "мысль сердечную" он противопоставлял "мысли головной". Григорьеву был присущ углубленный интерес к проблеме национального своеобразия русской культуры, он требовал от критики целостного подхода к произведениям искусства.
Статьи Ап. Григорьева "Взгляд на русскую литературу со смерти Пушкина" ("Русское слово", 1859, No 2 и 3) и "Стихотворения Некрасова" ("Время", 1862, No 7) относятся к последнему периоду его литературно-критической деятельности. Им присущ социальный пафос, мотив протеста, обусловленный сближением его взглядов с позицией революционных демократов. Ап. Григорьев дает проникновенный анализ творчества Пушкина, Гоголя, Лермонтова и Некрасова, рассматривая их как выразителей народного духа.
Последнее значительное произведение Ап. Григорьева — романтические мемуары о юности "Мои литературные и нравственные скитальчества" (1862-1864).
ВЗГЛЯД НА РУССКУЮ ЛИТЕРАТУРУ СО СМЕРТИ ПУШКИНА
В 1834 году в одном из московских журналов, пользовавшемся весьма небольшим успехом, но взамен того отличавшемся серьезиостию взгляда и тона, впервые появилось с особенною яркостью имя, которому суждено было долго играть истинно путеводную роль в нашей литературе. В "Молве", издававшейся при "Телескопе" Надеждина1, появлялись в течение нескольких месяцев статьи под названием "Литературные мечтания"2. Эти статьи изумляли невольно своей беспощадной и вместе наивной смелостию, жаром глубокого и внутри души выросшего убеждения, прямым и нецеремонным постановлением вопросов, наконец, тою видимой молодостию энергии, которая дорога даже и тогда, когда впадает в ошибки,— дорога потому, что самые ошибки ее происходят от пламенного стремления к правде и добру. "Мечтания" так и дышали верою в эти стремления и не щадили никакого кумиропоклонения, во имя идеалов разбивали простейшим образом всякие авторитеты, не подходившие под мерку идеалов...
... Попова.4 Затем до настоящего времени не являлось ни одной хорошей книги, кроме "Италии" г. В. Яковлева.6
Таким образом, мы не можем хвалить "Писем об Испании" г. Боткина по сравнению с другими подобными книгами в современной нашей литературе — таких книг нет, и сравнивать "Письма об Испании" у нас решительно не с чем. {"Италия" г. Яковлева написана дочти исключительно с артистической точки зрения; она говорит преимущественно о картинах природы и произведениях искусства и потому, при всех достоинствах изложения, принадлежит совершенно другому роду, нежели "Письма об Испании".}
Но тем большую цену приобретает от этого книга г. Боткина, которая по своим достоинствам заняла бы почетное место и в самой богатой литературе. Хотя в предисловии автор откровенно говорит, что он счел излишним ссылаться на газетные статьи, путешествия и исторические сочинения, которые служили ему пособием при составлении этих писем, и что многим из прочитанного воспользовался он, имея единственно в виду уяснения предмета для читателей, но тем не менее читатели не могут не быть благодарны автору за то, что он так умно воспользовался прочитанным и умел представить такую живую и полную картину страны, им описываемой. "Письма об Испании" помещались первоначально в "Современнике" (1847 и 1848 годов), и потому неуместно было бы нам распространяться в похвалах им, да это и не нужно: все, читавшие наш журнал в то время, как он украшался письмами г. Боткина, слишком хорошо помнят его блистательные очерки Испании. Известность книги, о которой мы должны говорить, уже составлена, и нам остается только сделать обзор содержания этих "Писем" как одного цельного сочинения, проникнутого строгим единством воззрения.6
Никто не знал происхождения первоначальных обитателей Испании, но надобно предположить, что они пришли туда с северо-востока, через Пиренеи. Финикияне и греки находились с ними в сношениях и основали по морскому берегу несколько городов, преимущественно для торговых целей. Затем карфагеняне короткое время владели Испанией и наконец римляне, под властию которых находилась она почти пятьсот лет...
