Свадьбу сыграли вместе с новосельем. Но если мать Хуана радушно встречает невестку, то его сестра Энкарнасьон и её муж Антонио относятся к не..
Хозяин, наскоро перекрестясь перед закоптелой иконой, посылал мальчишку за утренним чаем; более грамотные читал..
Бывало в простоте, в безмолвии вы жили, А нынче стали знать мазурку и кадрили. Ну, право, тяжкий грех, оставьте этот вздор; Смотрите, вот на вас составлен у:х собор...
В искусстве прекрасное или безобразное зависит лишь от выполнения. Уродливое, ужасное, отвратительное, правдиво и поэтично перенесенное в область искусства, становится прекрасным, восхитительным, возвышенным, ничего не потеряв в своей чудовищности" {Гюго В. Собр. соч. в 15-ти томах, т. 14. М., с. 84).
49 Псалтирь, псалом 9.
50 См.: Гораций. К Каллиопе, книга III, ода четвертая, строка 65.
51 См. примеч. 47. Данный эпизод излагается на с. 98—99 статьи Г. Г. Гагарина. Г. была написана рецензия на альманах "Зурна" (Москв., 1855, N 13—14). Этот абзац статьи взят им оттуда (с. 91).
52 Славянофильский по своей окраске упрек Г. в адрес западников отчасти можно считать справедливым. Отеч. зап. в начале 1840-х годов, полемизируя со славянофилами, доходили до утверждений, что южные славяне закономерно подпали под владычество "цивилизованных" стран, Австрии и Турции как малокультурные народы.
53 Побывав в 1726—1728 годах в Англии, Вольтер стал почитателем и пропагандистом Шекспира, но он резко критиковал его драмы за отсутствие "вкуса" и правил. "Пьяным дикарем" Вольтер назвал Шекспира в "Рассуждении о древней и новой трагедии", предпосланном трагедии "Семирамида" (1748), "ярмарочным паяцем" — в статье "Драматическое искусство" из "Философского словаря" (1764).
54 Неточно, нужно: "ecrasez l'infame" ("раздавите гадину"). Слова принадлежат Вольтеру: под "гадиной" он подразумевал религиозное мракобесие в католической церкви.
55 Аббат Базен — псевдоним Вольтера.
56 Имеются в виду английские философы-идеалисты XVIII века, особенно представители "шотландской школы" — Т. Рид, Дж. Битти, Дж. Освальд.
57 В письмах, адресованных сестре Ф. И. Фонвизиной и П. И. Панину, написанных во время заграничных путешествий (1777 — 1778, 1784—1785 гг.), Д. И. Фонвизин критиковал многие стороны европейской культуры и быта.
58 Ш. Летурнер впервые перевел все драмы Шекспира на французский язык (в прозе), допустив при этом нарушения норм классицистической стилистики, за что подвергся резким нападкам со стороны защитников традиционных правил (Лагарп) за новшества, а также за "унижение" великих Корнеля и Расина.
59 Ирминов столб — деревянный столб в честь древнегерманского бога Ирмина. Упоминался в стихах Клопштока и других поэтов "бури и натиска" как национальный символ.
60 Бардит (Bardiet) — религиозно-воинственная песнь древних бардов. Клопшток называл так свои подражания древним песням и cвои драмы на национальные темы.
61 Шотландский поэт Дж. Макферсон издал свои подделки под древний эпос — "Сочинения Оссиана" (1762—1765), долгое время принимавшиеся за подлинные произведения древнего барда и оказавшие большое влияние на европейскую литературу.
62 Жан-Антуан де Кондорсе — ученый, философ-просветитель, экономист, деятель Великой французской революции, член Конвента, примыкавший к жирондистам. За борьбу против якобинцев был арестован и в тюрьме покончил жизнь самоубийством. Утопия — очевидно, философское сочинение Кондорсе "Эскиз исторической картины прогресса человеческого разума" (1794).
63 Слова монтаньяр и якобинец с осени 1792 года, после изгнания из Якобинского клуба жирондистов, стали синонимами.
64 Гебертисты — сторонники Ж.-Р. Эбера (Гебера), левые якобинцы, активные защитники террора и противники церкви, насаждавшие "культ разума". Казнены в 1794 году.
65 Характеристику Ц. (З.) Вернера и его творчества мадам де Сталь дает в книге "О Германии" (ч. 2, гл. 24).
66 См.: Шиллер, Вильгельм Телль, акт IV, сцена 2.
67 Для Г., как и для Белинского, феодальный Китай был символ застоя и реакции.
68 Цитата из стихотворения Гете "Завещание" в переводе Г.
69 Псалтирь, псалом 106.
70 Аватара (санскрит) — по религиозным понятиям индусов, нисшествие богов на землю и их воплощение в человеческом образе на земле.
... Скаты холмов, обращенные к югу, начинали желтеть и мокнуть; лощины наполнялись водою; кое-где даже показывалась земля, усеянная камнями. Этим, впрочем, и ограничивались признаки наступавшей весны: на проталинках не видно было покуда ни жаворонка, ни грача - первого возвестника тепла, первой хлебной птицы; землей еще не пахло... Безнадежное состояние сосновской дороги действовало различно на двух путешественников. Мальчик, бежавший в некотором расстоянии от старика, кричал, свистел, производил отчаянные скачки, умышленно заползал в лужи и радостно бил ногами в воде. Старик был не в духе. Он также приплясывал в лужах; но это приплясыванье выражало скорее явную досаду, нежели радость: каждый раз, как лаптишки старика уходили в воду (а это случалось беспрерывно), из груди его вырывались жалобные сетования, относившиеся, впрочем, более к мальчику, баловливость которого была единственной причиной, заставлявшей старика ускорять шаг и часто не смотреть под ноги. Но мальчик не обращал, по-видимому, внимания на жалобные возгласы преклонного своего товарища; казалось, напротив, он еще усерднее принимался тогда шмыгать по лужам. - Ах ты, окаянный! - кричал старик, и всякий раз с каким-то бессильным гневом, который походил скорее на жалобу, чем на угрозу. - Ах ты, шавель ты этакая! Ступай сюда, говорят!.. Постой, погоди ж ты у меня! Ишь те!.. Постой! Постой, дай срок!.. Вишь, куда его носит!.. Эхва!.. Эхва, куда нелегкая носит!.. Чтоб те быки забодали... У-у... Ах ты, господи! Царица небесная! - заключал он, ударяя руками об полы прорванной сермяги. Мальчик останавливался, устремлял на спутника пару черных лукавых глаз и, выкинув совершенно неожиданно новую какую-нибудь штуку, продолжал бежать вперед по дороге...
